Егор Грицыв "Голубиная бухта"

Егор Грицыв "Голубиная бухта"

В БУХТЕ ГОЛУБИНОЙ...

Упрека заслуживает не тот, кто в стремлении уничтожить врага не достиг цели, а тот, кто, боясь ответственности, остался в бездействии и не использовал в нужный момент всех сил и средств

для достижения победы.

Александр Бек «Волоколамское шоссе»


Окраина Керчи. Мыс Фонарь. Голубиная бухта. Белый маяк и высокий шпиль обелиска с памятной доской. Здесь даль далекая. Керченский пролив сливается с Азовским морем и теряется в его водах. Весной в этих краях часто набегают с моря густые туманы, и туман нагоняет тоску на местных жителей, долго воя в тишине ночи. И звучит он как набат, как призыв помнить тех, кто в годы войны защитил мою землю от врагов. Весной яркими коврами расцветают полевые ирисы, издали на холмах видны фиолетовые и желтые пахучие узоры. Множество таинственных бухточек отделяются друг от друга скалами, и попасть из одной в другую можно, пройдя по узкой тропке, заросшей пахучей полынью, белой кашкой... Читать далее...

В БУХТЕ ГОЛУБИНОЙ...

Упрека заслуживает не тот, кто в стремлении уничтожить врага не достиг цели, а тот, кто, боясь ответственности, остался в бездействии и не использовал в нужный момент всех сил и средств

для достижения победы.

Александр Бек «Волоколамское шоссе»


Окраина Керчи. Мыс Фонарь. Голубиная бухта. Белый маяк и высокий шпиль обелиска с памятной доской. Здесь даль далекая. Керченский пролив сливается с Азовским морем и теряется в его водах. Весной в этих краях часто набегают с моря густые туманы, и туман нагоняет тоску на местных жителей, долго воя в тишине ночи. И звучит он как набат, как призыв помнить тех, кто в годы войны защитил мою землю от врагов. Весной яркими коврами расцветают полевые ирисы, издали на холмах видны фиолетовые и желтые пахучие узоры. Множество таинственных бухточек отделяются друг от друга скалами, и попасть из одной в другую можно, пройдя по узкой тропке, заросшей пахучей полынью, белой кашкой... Читать далее...